May 14th, 2019

Запекание младенцев и другие экстремальные обряды, которые существуют в мире до сих пор



В древности люди верили, что можно задобрить богов жертвами или изменить судьбу при помощи магических ритуалов. Казалось бы, в век Интернета и компьютерных технологий варварские обряды и обычаи ушли в прошлое. Однако некоторые из них все же сохранились.

Страшные традиции Индостана
Самые страшные традиции сохранились в Индии. В этой густонаселенной стране исповедуется несколько религий, одна из которых — индуизм. Он, в свою очередь делится на десятки течений, в некоторых из которых есть страшные обычаи.

Например, в священном городе Варанаси постоянно обитают члены секты агхори, что переводится как «бесстрашные». Они поклоняются богу Шиве и своим служением ему считают поедание трупов умерших людей. Чтобы стать агхори, надо пройти несколько стадий. Первая – аутхад: ученик должен отказаться от мяса и есть только свои экскременты. Во время второй стадии, чтобы утолить голод, разрешается убивать бродячих собак, и только затем ученик допускается к участию в шав садхане - ритуальном поедании плоти мертвых индийцев.

В юго-западной части штата Карнатака местные жители верят: чтобы их ребенок был удачлив в жизни, еще во младенчестве жрец должен скинуть его с балкона храма. Высота сооружения — около 9 метров. Под балконом счастливые родители натягивают одеяло и ждут, когда брахман сильно испугает их наследника, а затем швырнет его в низ.

Ежегодно в индийском городе Аджмер проходит праздник, посвященный поминовению Моинуддина Чишти — суфийского факира и кудесника XII века. Во время шествия многотысячная толпа паломников проводит ритуальное самобичевание в виде выковыривания себе глазных яблок острыми металлическими предметами. Этим занимаются даже дети! Находясь в религиозной экзальтации, они часто травмируют себе глаза.

Языческие обычаи Европы
Если Индию все еще приравнивают к неразвитым странам, то Дания считается цивилизованным европейским государством. Однако ежегодно на Фарерских островах проходят ритуальные массовые убийства китов и дельфинов. Этот праздник с 1584 года здесь отмечают всей семьей. Согласно многовековой традиции мальчик становится мужчиной только после убийства своего первого кита. Мужчины Фарерских островов отправляются на ловлю морских животных, а затем зверски их убивают возле побережья, стараясь пролить как можно больше крови. Во время каждого такого ритуала датчане убивают по 900-950 китов и дельфинов, считая это важным событием своей жизни.

В деревнях Исландии, где многие жители до сих пор верят в существование эльфов, сохранился обычай «допекать» ребенка. Если младенец родился слабым и постоянно болеет, значит, он не «доготовился» в утробе матери, и его надо «допечь» дома. Болеющего ребенка заворачивают в толстый слой теста, оставляя возможность дышать, и кладут в горячую, но потухшую печь. Считается, что вместе с хлебом до конца «приготовился» и человек и теперь он будет здоровым.

Collapse )
promo analitic september 18, 2015 18:21 4
Buy for 20 tokens
Как известно, бессчетное количество безнадзорных и бездомных животных, чью численность никто не контролирует, возникло благодаря совершенно равнодушному к этому вопросу правительству. Бродячие стаи собак абсолютно комфортно чувствуют себя в условиях современных мегаполисов, став неотъемлемой частью…

Умывание росой и другие женские привороты на Руси



Во все времена женщины старались понравиться мужчинам и удержать своих избранников. Часто они использовали для этого специальные средства. Так же поступали женщины и на Руси.

Естественная красота
Прежде всего, русская женщина стремилась быть красивой. Косметики в то время практически не было. Ее изготавливали из подручных средств, например, румянили щеки с помощью ягод, выбеливали лицо травяными мазями. Замужние женщины натирали тело особыми травами или умывались утренней росой – считалось, что это сделает женщину желанной для мужа.

Магия волос
Девушки отращивали длинные волосы и заплетали их в косы. Древние славяне верили, что волосы впитывают в себе энергию Земли и Солнца. Представительницам прекрасного пола это даровало особую женскую силу, в том числе и умение любить мужчину, быть для него духовной опорой.

В старину принято было дарить возлюбленным пряди волос, чтобы те носили их с собой и помнили о любимых. Нередко женские волосы использовались в различных магических обрядах, в том числе и приворотных. И по сей день существует поверье, что если девушка хочет привлечь к себе внимание потенциального избранника, ей нужно распустить волосы, думая об этом мужчине, а затем показаться ему с распущенными волосами.

Заговоры на любовь
Как в дохристианский период, так и после прихода христианства на Руси были очень распространены магические любовные ритуалы.

Так, если девушке нравился парень, она «привязывала» его к себе с помощью узелков. Девушка брала обычную бельевую веревку и завязывала на ней узелки, при этом представляя себе будущую счастливую совместную жизнь с этим человеком. Узелков должно было быть четное количество. Когда узелки были завязаны, а картина счастливого будущего четко стояла перед глазами, нужно было тихонько произнести следующий заговор: «Как веревочка не длинна, а последний узелок будет. Как бы (имя парня) от меня не ходил, а меня (имя девушки) полюбит». После этого веревку следовало подбросить поближе к жилищу мужчины, на которого делается «привязка».

Еще существовал ритуал с булавкой. Женщина или девушка брала заготовленную булавку и три дня носила ее приколотой к своей одежде. По истечении этого срока она произносила над ней текст заговора: «Носи, носи (имя мужчины) не потеряй, рабу Божью (свое имя) не забывай». Затем нужно было изловчиться и незаметно пристегнуть булавку на одежду избранника. Правда, на женатых мужчин ритуал не действовал.

Если женщина ревновала своего мужа, она могла сделать «привязку» на блюдо. Готовился обед или ужин (обычно любимое блюдо мужа). В процессе готовки следовало думать о том, как вам хорошо вместе, отпустить все обиды. Перед тем как подать еду на стол, надо было нашептать над ней заговор: «Как мой муж (имя) эту пищу (название блюда) съест, так его любовь ко мне (имя жены) и проснется». Обряд следовало повторять ежедневно в течение недели, да еще желательно постараться соблазнить мужа после того, как он поест.

Делали любовную «привязку» и с помощью ниток. Этот ритуал помогал вернуть мужа в семью или ограждал мужчину от влияния других женщин. Брались нитки трех цветов – синего, розового и красного - восковая свеча и чистый отрез ткани. Обряд проводили на растущей фазе Луны. Дождавшись полуночи, брали красную нить и по ее концам привязывали две другие – синюю и розовую. Затем читали заговор: «Как нити крепко связаны между собой, так и ты мой любимый (имя мужчины) навсегда крепко связан со мною. Никто не сможет нас ни разъединить, ни разлучить, ни развести. Да будет так!» Завязанные узлы запечатывали с помощью воска от горящей свечи. Это должно было скрепить чувства так, чтобы обычному человеку было не под силу разорвать «привязку». В конце нужно было сказать: «Связано слово мое, так связано дело мое». Нитки сворачивали в клубочек, прятали в отрез ткани и убирали подальше от посторонних глаз. Через три дня магия должна была подействовать, а до этого нежелательно было видеть мужчину, на которого делали «привязку».

Collapse )

Лев Голицын: князь, сделавший крымское шампанское лучшим в мире



У князя Голицына было много прозвищ. Одним из прозвищ было прозвище «Князь в папахе». Его Голицыну дали за совсем не приличествующий человеку его статуса головной убор. По слухам, папаху молодому Льву Голицыну, успевшему повоевать на Кавказе, подарил пленённый им горец — на счастье. И Голицын много лет носил её, наплевав на великосветские условности.
Работники его имения в Новом Свете звали «диким барином», а татары — «Аслан дели», «Лев сумасшедший». Такое прозвище князь получил за темперамент, вспыльчивость, способность мгновенно принимать неожиданные решения.

Известный русский юрист Николай Давыдов, учившийся вместе с Голицыным в Московском университете, вспоминал, как однажды на экзамене, запутавшись в ответе и услышав от экзаменатора: «Хватит, ставлю вам единицу», Лев грохнул по столу кулаком: «Вы не смеете со мной так говорить, извольте выслушать!» .

А журналист и литератор Владимир Гиляровский описывал, как во время политической демонстрации, когда казаки разгоняли манифестантов нагайками, хватали на улицах, «в открывшихся дверях голицынского магазина появилась в одном сюртуке, с развевающейся седой гривой огромная фигура владельца. Он кричал на полицию и требовал, чтобы раненых несли к нему на перевязку». В набитый спасающимися магазин ломилась полиция — а Лев Голицын кричал из-за запертой двери: «Я — именинник, а это мои гости!». И сам открывал, одну за другой, бутылки дорогого вина, угощая всех присутствующих.
Во Франции же Льва Голицына почтительно именовали «королём экспертов» — за тонкий вкус, обширные знания и настоящую страсть к виноделию. Ещё одно прозвище — «отец крымского шампанского», появилось через много лет после смерти Льва Голицына.

Во славу русскую
В Судаке и окрестностях в первой половине XIX века активно занимались виноделием. Там разводили, в основном, неплохо чувствующие себя на этих землях сорта — кокур, шабаш, мускат, кандаваста, кабак, ширай. Крымские татары, которым вера запрещала пить вино, производили его древнейшим немудрёным способом, давая суслу перебродить. Помещики, увлекающиеся виноделием, добивались более впечатляющих результатов. Лучшими винодельческими поместьями в Феодосийском уезде (в него входил и Судак с окрестностями) к концу 1840-х считались те, что принадлежали действительному статскому советнику Стевену, купцу Кричу, братьям Лулудаки, господам Веймару, Метаксе, Хрущову.
Знаток крымской истории Фёдор Домбровский отмечал, что в год в уезде получали до 150 тыс. вёдер вина. «Высшие сорта шли по рублю 20 копеек, низшие — по 60 копеек за ведро», — отмечал он.

Не смотря, что виноделие в регионе было развито, Лев Голицын считал, что можно достичь большего. Начиная с 70-х годов XIX века, он буквально преобразил само представление о том, какое вино можно производить в России.

Бывшее урочище «Парадиз» (переименованное потом в Новый Свет), частично полученное по наследству женой Льва Сергеевича, а частично выкупленное князем у её брата, стало местом невероятного эксперимента. Голицын был уверен, что можно и нужно выращивать в этих краях сорта винограда для производства шипучих вин.

В окрестностях имения разбивались виноградники, возводились винодельни, были выдолблены в скалах подвалы-тоннели. Общую длину тоннелей современники Голицына называли «до трёх вёрст». Тщательно было продумано само устройство этих тоннелей: с отделениями на разной глубине, с разной экспозицией для бутылок с вызревающим вином — десертных, игристых (шампанских).

«Перенос культуры Крыма на Кавказ — абсурд; перенос культуры Кавказа в Крым — абсурд, а перенос культуры какой-нибудь заграничной местности во все виноградники России — это петушьи ножки всмятку, — утверждал Лев Голицын. — При правильном понимании значения этих трех факторов: сорта, почвы и климата можно делать правильные посадки и можно создать рынок для заграницы».

А вот ещё его цитата из газетной заметки: «При правильном понимании значения этих трех факторов: сорта, почвы и климата можно делать правильный посадки и можно себе создать рынок для заграницы. Как русский винодел, я ничего не имею против, чтобы заграничные вина к нам попадали… но я желаю, чтобы главным образом наши туда пошли».

Не было никакой уверенности, что всё делается верно, что не будет потерян год, два, три в попытках найти сочетание нужных сортов винограда и приёмов его культивирования, виноделия. Питомник Голицына занимал 600 десятин, князь без устали изучал, сравнивал, привозил новые и новые сорта. Именно он открыл, что лучшие иностранные лозы, которые высаживают на Южном берегу Крыма, зачастую дают столовые вина с чересчур «грубым, крикливым» букетом. А вот будучи высаженными в окрестностях Судака, идеально подходят для прекрасных, богатых оттенками, десертных вин.

По мере того, как выявлялись лучшие, идеально подходящие для почвы и климата сорта, на виноградниках появлялись «совинон» и «шардоне», «пино-гри», «мускаты» — белый и розовый, каберне, «пти-вердо» и другие пришельцы из-за границы. Число русских и иностранных сортов на опытном винограднике доходило до нескольких сотен! Уже к 1890-м владельцы имений, где практиковалось виноделие, вовсю перенимали голицынский опыт в части рациональных методов виноградарства.

К признанию
Опыты, которые проводил Лев Голицын в Новом Свете, дали ответы на многие важные вопросы. Он, например, устроил в своей штольне специальный подвал, где испытывал разные способы хранения винограда, меняя температуру, уровень влажности. Оказалось, что некоторые сорта можно сберечь от времени сбора до середины января.
Крымский краевед Александр Чеглок, выпустивший свою книгу «Красавица Таврида» в 1910 году, писал, что вино средней руки продают по 4-5 и даже 7 рублей за ведро, «а опытные виноделы и до 16 рублей за ведро. Выдержанное вино и разлитое в бутылки продаётся в имении кн. Голицына до 6 руб. за бутылку».

Вина Льва Голицына были удостоены многих наград, включая «Гран-При» на Всемирной выставке в Париже. В 1896 году Лев Голицын получил статус «поставщика двора Его Императорского Величества», и на этикетках его вин появился двуглавый орёл. Огромный шаг длиной в семнадцать лет: от первых золотых медалей своих вин «Чёрная смолка» и «Красная смолка» в Ялте — до брюта «Парадизио», которым восхищались парижане.

Вполне в духе Голицына была выходка на торжественном обеде в Москве по случаю коронации императора Николая II. К столу было подано шампанское, про которое председатель экспертной комиссии по винам граф Шандон поспешил заявить: вот, мол, вино отличного качества — что значит усилия и давние традиции Франции. Голицын же скромно поблагодарил за рекламу его шампанского.

«Князь в папахе» предпринимал немало усилий для рождения российского виноделия и был нетерпим ко всему, что бросало на него тень. Его попытки бороться с фальсификацией (а по России расходились массово и откровенные фальсификаты, и низкокачественные вина) для многих «околовинных» деятелей были просто костью в горле. Особенно после того как Одесский винодельческий съезд постановил, что «изменённые» вина должны выпускаться под теми же названиями, что и настоящие вина. «Итак, Одесса признала желательным, чтобы вино, полученное со следующими примесями — воды, патоки, черники, бузины, апельсиновой корки, сандала, свекловичного сахара, глицерина, картофельного спирта, кошенили, дегтя и иных, тому подобных безвредных для здоровья веществ, обращалось в торговле с чистым виноградным вином под одним наименованием. Господа потребители, что вы на это скажете???», — вопрошал Голицын в одной из газетных заметок.
В 1903 году Голицын подал императору свой проект о борьбе с фальсификатами. Но продвижения тот не получил.

Лев Сергеевич думал не только о будущем русского виноделия, но и о судьбе своего имения, винодельческой империи. «Владелец имения «Новый Свет» в Судаке кн. Голицын передает свое имение с обширными винными подвалами удельному ведомству для учреждения «винодельческой академии»», — сообщила в марте 1912 года газета «Русское слово». Князь лично наблюдал за работами по устройству дорог, благоустройству сада.
В апреле 1912 года в имение прибыл Николай II вместе с семьёй. Туристам по сей день рассказывают, что небольшой пляж в Новом Свете получил название Царский именно потому, что там во время этого визита решил искупаться российский самодержец.

Collapse )

Сколько женщин было у Петра I



Пётр I был персоной страстной, а потому список дам его сердца весьма обширен. Но среди вереницы имен были и такие, которые оставили особый след в судьбе императора.

Евдокия Лопухина
Историки предполагают, что первой женщиной Петра I была его законная супруга Евдокия Лопухина. Будущий император женился на ней с подачи матери в 1689 году в возрасте 17 лет.

Воспитанная в обычаях Домостроя, Евдокия не поддерживала прозападного образа мыслей мужа и через 3 года совместной жизни окончательно разочаровала его, несмотря на то, что за это время успела подарить ему трёх сыновей.

Упрямая и плохо образованная Лопухина раздражала Петра I, вскоре после женитьбы влюбившегося в Анну Монс. Покуда была жива маменька, он старательно скрывал эту связь, а после её кончины в 1694 году, решил сам распоряжаться своей судьбой, заставив нелюбимую жену постричься в монахини Суздальско-Покровского монастыря.

Но надо отметить, что инокиня Елена, как стала зваться Евдокия, несмотря на строгое воспитание, в монастыре проявила себя как эмансипированная дама, закрутив роман с офицером Глебовым.

Эта любовная связь длилась семь лет, пока случайно не стала достоянием Петра I, который к своему удивлению узнал, что его венчанной жене в стенах обители были доступны все мирские радости.

Оказалось, что всё монастырское сообщество сочувствовало опальной царице, потворствовало ей, осуждало деятельность императора и содействовало заговору против него с целью воцарения царевича Алексея.

По приказу Петра I некоторые служители обители, Глебов и обвинённый в измене сын Алексей были приговорены к смерти, а Евдокия отправлена в Успенский монастырь, где провела еще 7 лет заточения. Вышла она оттуда незадолго до смерти, в короткий срок правления её внука Петра II.

Анна Монс
Она была полной противоположностью Лопухиной, её яркая внешность, энергичный нрав, европейская культура, живой ум и женственность моментально пленили деятельного Петра I, которого совсем не тревожило бурное прошлое немецкой красавицы.

Имевшая славу куртизанки, черноокая Монс до встречи с императором значилась в любовницах его друга Лефорта, который и познакомил их.

Одаривая дочь винодела богатствами, Пётр I в течение 10 лет жил с ненаглядной Анной, которую законная жена презрительно именовала «Монсихой», а москвичи - «Кукуйской царицей», поскольку в те времена Немецкая слобода называлась «Кукуй».

Чувство правителя к немке было настолько сильным, что к 1703 году он планировал сделать её своей официальной супругой, но совершенно случайно выяснилось, что возлюбленная на протяжении нескольких лет изменяла ему с саксонцем Кенигсеком, которому даже умудрилась родить дочь.

Разгневанный шокирующим открытием Пётр I приказал посадить Монс под домашний арест, длившийся два года. Вероятно, он поступил бы с ней жёстче, если бы к тому времени в его сердце не поселилась новая любовь в образе будущей Екатерины I.

Екатерина I
Очередная зазноба императора Екатерина Трубачева попалась ему на глаза, имея за плечами огромный опыт легкомысленной жизни, в которой любовники менялись как перчатки.

Уроженка Балтии, до переезда в Россию носившая имя Марта Скавронская, прежде чем стать императрицей успела поработать прачкой, выйти замуж за шведа Рабе, оказаться в русском плену, околдовать графа Шереметева и побывать в спальне Меньшикова.

Последний в качестве благодарности рекомендовал её Петру I, который полюбил её за ласку, жизнерадостность, отвагу и умение успокоить его приступы гнева, сопровождавшиеся острой головной болью.

Екатерина разделяла с мужем тяготы армейской жизни, ездила с ним в военные походы, получала от него нежные письма и подарила ему 8 детей, лишь двое из которых дожили до 18 лет - Елизавета и Анна.

Осенью 1723 года прошла церемония коронации Екатерины I, а через год к Петру I попали документы, уличавшие супругу в длительной любовной связи с её камергером Монсом – родным братом Анны Монс.
Разъяренный император обрушил весь свой гнев на Монса – дабы не очернить собственного имени, он обвинил любовника в казнокрадстве и приговорил к смертной казни.

По приказу Петра I его жена, отрицавшая факт измены, должна была присутствовать при расправе. Она явилась, но ни один мускул на её лице не выдал волнения. Самоконтроль и выдержку Екатерина I проявила и вечером, когда обнаружила в своих покоях банку с заспиртованной головой Монса.

Петр I простил супругу только на смертном одре.

Евдокия Ржевская
Связь императора с Евдокией Ржевской, которую за глаза называли «бой-бабой», началась в пору, когда девице едва исполнилось 15 лет. Не питая к ней серьезных чувств Петр I через год выдал её замуж за офицера Чернышева, удостоенного стремительного карьерного роста до звания генерала.

Однако наличие супруга никак не мешало встречам старых любовников, у которых по некоторым сведениям родилось 7 общих детей, хотя учитывая вольный образ жизни Евдокии, Петру I может и не принадлежать авторство над её детьми.

Мария Гамильтон
Еще одна мимолетная, но запоминающаяся история связала императора с фрейлиной Гамильтон. Быстро надоев Петру I, она нашла утешение в объятиях предка графа Орлова, которому дарила похищаемые из покоев Екатерины I драгоценности.

Когда началось расследование по пропажам, первым в поле зрения попал Орлов, который тут же сдал свою любовницу, рассказав о её многочисленных абортах и одном детоубийстве.
Акцентируя внимание на том, что Гамильтон лишила его армию потенциальных воинов, Пётр I приговорил её к заключению, которое позже заменил на смертную казнь.

После исполнения приговора, он якобы поднял голову Марии, поцеловал её губы и прочитал присутствовавшим зевакам лекцию по анатомии.

Мария Кантемир
Хрупкая молдаванка Мария Кантемир появилась в жизни Петра I после смерти его сына Петра Петровича. Миловидная и образованная южанка сумела утешить правителя, который без стеснения появлялся в обществе под ручку с ней и законной супругой. Такой расклад очень не нравился Екатерине.

Collapse )

Станица Цимлянская: как казаки впервые изготовили шампанское в России



Шампанское стало непременным атрибутом новогоднего стола и вообще какого-то особого торжества, праздника. Французы хотят, чтобы «шампанским» назывался напиток, изготовляемые исключительно в провинции Шампань, всё остальное – игристые вина, но мы будем использовать устоявшийся термин, ставший нарицательным.

«…И пробка в потолок»
Напиток носит устойчивый флёр изысканности и аристократичности. Шампанское стало непременным участником увеселений высшего общества, его особенно уважали гусары. Сначала это был зарубежный напиток, позже – отечественный.

Да что там, он даже в русской литературе оставил серьёзный след. Со школы помним, сколько раз в поэме «Евгений Онегин» Александр Сергеевич Пушкин использует шампанское в тексте, включая названия тогдашних брендов, некоторые из которых дошли до наших дней. Поэты Серебряного века развили тему. Это и Блок с его регулярным упоминанием «аи», и Игорь Северянин, чьи «ананасы в шампанском» стали, как теперь принято говорить, мемом. Но, пожалуй, первым, кто упомянул шампанское в стихотворении, стал Гавриил Державин – в оде «Фелица».

Считается, что первым, кто начал выпускать в России шампанское стал аристократ – Лев Голицын, в конце XIX века развивавший Массандру, Абрау-Дюрсо и Новый свет. Благодарные потомки не так давно назвали в его честь одну из марок шампанского. Впрочем, считается, что первые опыты по изготовлению шампанского в России проводились с 1799 года.

Немудрено, что после революции шампанское, как атрибут царского режима, подверглось гонениями, в том числе – стихотворным. Впрочем, вернёмся к истокам появления шампанского в России.

Вольные винокуры
Мало у кого напиток ассоциируется с казаками. А ведь именно обитатели Дона с середины XVII века овладели секретом шампанского. Прославились на этом поприще две станицы, Цимлянская и Кумшатская. Казачье шампанское широко распространилось по России. А герой Отечественной войны 1812 года атаман Платов пил только цимлянское.

Понятно, что казаки не стали обладателями французских секретов, а изобрели напиток самостоятельно, разве что природные условия, как оказалось, весьма похожи на Шампань. Впрочем, не это сыграло ключевую роль, а давняя традиция винокурения, что позволило не только разработать технологию, но и наладить производство. Вот разве что до промышленного производства дело на Дону не дошло, шампанское выпускалось полукустарными методами.

А вот в Крыму перешли к промышленному производству достаточно быстро. Так при Судаковском государственном училище виноделия открылось изготовление шампанского, быстро достигшее 15 тысяч бутылок в год. Предприятием владел иностранец Крич. Шампанское было столь высокого качества, что Крич решился на аферу, наклеивая этикетки от французского шампанского, скандал был серьёзный, в 1848 году он дошёл до ушей императора, который повелел производство закрыть, а Крича выгнать из страны.

Впрочем, к донскому шампанскому это не имело ни малейшего отношения. Местные селекционеры вывели ряд уникальных сортов винограда, использование которых придавало игристому вину неповторимый изысканный вкус. Уникальной была и технология, предусматривавшая купаж сухих и десертных виноматериалов, с последующей шампанизацией в бутылках без применения сахарозы. Нынешние производители цимлянского уверяют, что сохранили технологию, не смотря на промышленное, а не ручное, производство.

Collapse )

В МИДе заявили о подготовке США к применению ядерного оружия в Европе



Возможное размещение американского ядерного оружия в Европе грозит поставить мир «на грань ядерной катастрофы и полного самоуничтожения», полагают в МИДе

Директор департамента по вопросам нераспространения и контроля над вооружениями МИД России Владимир Ермаков заявил, что США размещают в Европе ядерное вооружение, готовясь к его применению. Об этом чиновник сообщил «РИА Новости».

«К сожалению, некоторые зависимые от Вашингтона страны делают вид, что ничего не происходит, или просто боятся даже задуматься над провокационностью того, что в XXI веке на территории Европы идет подготовка к применению ядерного оружия с подключением неядерных государств», — сказал Ермаков.

Глава департамента также добавил, что в такой ситуации невозможно говорить об усилении режима нераспространения ядерного оружия. По его мнению, страны Европы ставят себя «на грань ядерной катастрофы и полного самоуничтожения».

В начале мая в МИДе заявили, что Россия выступает против размещения американского ядерного оружия в Европе. В министерстве подчеркивали, что на фоне политики США в этой сфере проводить переговоры о заключении договора о полном запрещении ядерного оружия невозможно и ядерное разоружение должно быть постепенным.

В конце января стало известно о разработке в США ядерной боеголовки малой мощности для ракет Trident. Сторонники создания указывают, что ее можно ограниченно использовать в конфликте и при этом четче прогнозировать потери среди гражданского населения. В начале мая Пентагон объяснял необходимость подобного ядерного оружия своей обеспокоенностью наличием схожих типов вооружения у Москвы.

Collapse )

Кто из русских классиков получил самый большой гонорар за свои произведения



«Не продается вдохновенье,/ Но можно рукопись продать», – писал А. С. Пушкин, ставший первым среди русских классиков, кормившимся за счет своей музы. Однако «трудами праведными нажить палаты каменные» всегда было непросто. Безбедную жизнь дворянам, как правило, обеспечивали родовые поместья и богатое наследство. Вдохновенные же служители пера, пытавшиеся извлечь прибыль из занятия литературой, нередко еле сводили концы с концами.

Бедность не порок
Несмотря на чрезвычайную творческую плодовитость, тот же Александр Сергеевич был вечно не при деньгах. Скончавшись после роковой дуэли, Пушкин не оставил вдове и детям ничего, кроме долгов в 140 тысяч рублей – по тем временам сумма баснословная! Эти долги были покрыты лично императором Николаем I, также по его распоряжению семье Пушкина был назначен пенсион, а собрание сочинений поэта, принесшее его семейству единовременную выплату в 10 тысяч рублей, было издано за государственный счет.
Впрочем, за литературные труды Пушкину платили не так уж плохо: если первый гонорар за «Руслана и Людмилу» составлял 1500 рублей, то «Повести Ивана Петровича Белкина» издатели оценили уже в 5 тысяч, «Бориса Годунова» в 10тысяч, «Евгения Онегина» – в 12тысяч. Кроме того, у Пушкина было чиновничье жалованье и скромные доходы с имений, а в 1831 году за литературные заслуги император назначил ему 5 тысяч рублей ежегодно.В качестве примера, арендовать на год одноэтажный деревянный особняк в центре Москвы стоило 2 тысячи рублей, обучение двоих детей в пансионате – 4 тысячи, а десяток шелковых платьев для жены или 20 модных батистовых рубашек обошлись бы Александру Сергеевичу в тысячу рублей. Бедность Пушкина объяснялась расточительностью, необходимостью жить в «доходных домах» и игрой в карты.

Страсть к азартным играм вечно губила и Достоевского. Федор Михайлович был гол, как сокол: в наследство ему досталась доля разорившегося поместья, за которую удалось выручить всего тысячу рублей серебром. «Так как я всегда нуждаюсь в деньгах чрезвычайно и живу одной только работой, то всегда почти принужден был, всю жизнь, везде, где ни работал, брать деньги вперед», – сетовал классик. Привычка брать авансы не раз играла с Достоевским злую шутку. Так, например, он писал, что вынужден все время посвятить работе, которую редактор «Отечественных записок» А. А. Краевский оценил в 50 рублей за печатный лист, и отказываться от новых предложений в 250-300 рублей. Для примера, за роман «Идиот» «Русский Вестник» заплатил Достоевскому около 7 тысяч рублей, что составляло порядка 166 рублей за печатный лист.

Писатели побогаче
Конечно, не все русские классики были бедны. Но объяснялось это, прежде всего, обеспеченностью их семей. К таким писателям относился, например, Н. В. Гоголь, имевший стабильный средний доход, богатый помещик И. С. Тургенев и И. А. Гончаров, происходивший из богатой купеческой семьи. Достоевский жаловался в письме Н.Н. Страхову: «Ты пишешь мне беспрерывно такие известия, что Гончаров, например, взял 7,000 рублей за свой роман, а Тургеневу за его «Дворянское гнездо» сам Катков давал 4,000 рублей, т. е. по 400 рублей за лист. Друг мой! Я очень хорошо знаю, что я пишу хуже Тургенева, но ведь не слишком же хуже, и наконец я надеюсь написать совсем не хуже. За что же я-то, с моими нуждами, беру только 100 рублей, а Тургенев, у которого 2,000 душ, по 400 руб. От бедности я принужден торопиться и писать для денег, следовательно, непременно портить». Впрочем, того же Тургенева гонорары особо не волновали: он был убежден, что подлинный художник не может заниматься материальными вопросами.

Collapse )

Почему Лев Толстой собирался стать мусульманином



«Конечной инстанцией любого разумного человека является Ислам» – эту фразу можно встретить в сети под авторством писателя Льва Толстого. Она в некоторой мере послужила толчком для появления версии, что он был мусульманином. Правда, большинство сторонников этого мнения сами исповедуют ислам, поэтому можно предположить, что они таким образом «укрепляют» свою религию авторитетом всемирно известного автора. Тем более, что авторство Толстого никак не подтверждается.
Вместе с этим надо признать, что фразу писателю приписывают не совсем безосновательно. У Льва Николаевича действительно было особое отношение к исламу, а с мусульманами было больше личного общения, чем, наверное, у любого другого русского классика. Именно этим можно объяснить версию о том, что Толстой принял или, во всяком случае, хотел принять ислам.

Отношения с мусульманами
В возрасте 13 лет Толстой переехал вместе с сестрой и братьями к тете в Казань, там и начались его личные контакты с мусульманами. Спустя несколько лет он выбрал для учебы отделение восточных языков в местном университете, хотя позже перешел на юридический факультет. Во время учебы он ближе познакомился с мусульманской культурой, а также начал изучать тюркский и арабский.
В середине 19-го века Толстой с братом уехал на Кавказ и около 3 лет жил в казачьей станице. В тот период он не только принимал участие в военных действиях, но и изучал характеры кавказских мусульман и наблюдал за их бытом и обычаями. Здесь он познакомился с имамом Шамилем и Хаджи-Муратом. Потом эти впечатления будут отображены в его повести «Казаки», еще позже он напишет повесть «Хаджи-Мурат».

В книге Анри Труайя «Лев Толстой» описывается, как знаменитый писатель с детьми поехал в Тулу к турецким военнопленным во время русско-турецкой войны. Как пишет автор, Толстого поразил тот факт, что у каждого пленного был Коран. Следует отметить, что о некоторых своих друзьях-мусульманах Лев Николаевич помнил всю жизнь. К примеру, он любил вспоминать о чеченце Садо Мисербиеве, который спас его от долговой ямы: когда в молодости Толстой по-крупному проигрался в карты, тот отыграл его проигрыш.

Отношение к исламу
Владимир Толстой, праправнук великого писателя, на вопрос о том, хотел ли его легендарный предок стать мусульманином, отвечает так: «Я позволю себе усомниться в том, что Толстой хотел принять ислам. Но то, что он очень интересовался всеми мировыми религиями, – это факт. И ислам его привлекал как молодая, сильная религия».

Вместе с этим следует признать, что Лев Николаевич не просто интересовался исламом, но и тесно общался с мусульманами – как приверженцами традиционной религии, так и реформаторами. С одним из последних, Мухаммадом Абдо, он активно переписывался. Являясь муфтием Египта, тот писал Толстому, что в его стране многие идеи писателя оказывают сильное влияние на людей.

Толстой всегда отличался неординарным мышлением и оригинальными взглядами, которые были чужды российскому обществу его времени. Он писал: «Мир учреждал свою, во всем противную учению Христа жизнь, а церковь придумывала иносказания, по которым выходило, что люди, живя противно закону Христа, живут согласно с ним». Неудивительно, что подобные суждения закончились для него отлучением от церкви и потерей поддержки близких и друзей. Возможно, именно это и послужило поводом для того, чтобы писатель стал искать «альтернативу» православным догматам и находил утешение в другой религии.

Интересно, что когда Толстому написала русская женщина, которая состояла в браке с мусульманином и просила совета относительно того, что ее сыновья намерены принять ислам, он ответил: «…как ни странно это сказать, для меня, ставящего выше христианские идеалы и христианское учение в его истинном смысле, для меня не может быть никакого сомнения в том, что магометанство по своим внешним формам стоит несравненно выше церковного православия…».

Collapse )

Для чего чукотские эскимосы строили алтари из черепов животных



Чукотские или, как их еще называют, азиатские эскимосы так же, как и их собратья береговые чукчи, издревле жили охотничьим промыслом: они добывали китов, били моржей и тюленей и убивали главных хищников тундры – белых медведей. Со всеми этими животными у эскимосов были особые отношения, ведь без них народ был бы обречен на смерть. Животный мир давал северному народу еду и оружие, жилье и одежду.

Эскимосы – главные экологи тундры
Чтобы выжить в суровых условиях эскимосы были обязаны знать о природе все. Они селились небольшими стойбищами на стыке экосистем – там, где было больше пищи. Если промысловый зверь уходил, эскимосы начинали добывать морского зверя, если не было моржей и тюленей, пытались найти кита или ловили в реках рыбу, охотились на птиц. Если исчезали и они, то женщины искали съедобные корни на берегу или съедобные растения на морских отмелях, находили ягоды и грибы, птичьи яйца и насекомых.

Поскольку ресурсы были ограничены всегда, количество человек в селениях редко превышало 30, исключение составляли крупные поселки китобоев, в которых жило по 150 – 200 человек. Но обычно для добычи кита просто объединялось несколько селений, выставляя самых умелых охотников.
Охота на китов у эскимосов появилась еще 4000 лет тому назад: его заквашенное мясо не давало умереть с голоду зимой и весной, его толстая кожа шла на покрышки для жилищ, а кости – огромные челюсти и ребра служили основой для яранг. Прочный и гибкий китовый ус шел на изготовление лодок и оружия.

Еще один морской зверь, составляющий основу пропитания северного народа – морж. Его толстая шкура шла на покрышки для яранги, ею обшивали лодки, а моржовый клык шел на изготовление оружия, утвари и поделок.

Поэтому немудрено, что верования эскимосов были тесно связаны с окружающей их природой. Они зависели от нее, а она, в свою очередь, зависела от них – ведь неграмотный человек мог быстро выбить зверя в одном месте, нанося вред экосистеме.

Культ зверя
Каждое поселение эскимосов имело свои культовые строения, которые были сооружены из костей крупных промысловых животных: китов, моржей и даже белых медведей, размер которых достигал 800 килограммов – чтобы добыть такого зверя, нужно было быть отважным и, главное, везучим охотником.

Для совершения обрядов почитания зверя эскимосы в центре селения и на его окраинах вкапывали в землю огромные черепа и челюсти самых крупных китов, которые обкладывали черепами китов поменьше, часто создавая ритуальные кольца или кучи и добавляя к черепам камни подходящего размера.

Эти эскимосские сооружения можно встретить на Чукотке на мысах Кыгынин и Халюскина, на южной косе Мечигменской губы, в бухте Поутен и возле села Инчоун, на острове Святого Лаврентия, где живут потомки чукотских эскимосов.

Кроме сооружений из китовых черепов, существуют и «священные кучи» черепов моржей или выложенные целыми рядами черепа белых медведей. Например, на острове Аракамчечен есть «дорожка», выложенная из 21 медвежьего черепа. Более того, на Чукотке встречались и жертвенники, сделанные из медвежьих черепов – возле поселка Наукан был найден жертвенник из двух медвежьих черепов.
К подобному культовому сооружению относится и самая известная достопримечательность Чукотки – знаменитая «Китовая аллея» на острове Итыгран (Ыттыгран).

Это сооружение из костей примерно 60 взрослых китов, чьи ребра вертикально воткнуты в землю, а черепа сложены в ряды, группами по 24 черепа.
В конце сооружения была построена каменная дорога, которая вела к жертвеннику – плоскому камню, рядом с которым был утроен очаг.

«Кормление» зверя
Археолог Людмила Сергеевна Богославская и этнограф Игорь Ильич Крупник после тридцатилетнего исследования, проведенного на обоих берегах Берингова пролива, пришли к выводу, что подобное «коллекционирование» черепов связано с эскимосской верой в то, что душа зверя и после его смерти остается «живой». В статье «Культурные ландшафты морских охотников Берингова пролива» ученые пишут, что из-за веры в живую душу эскимосы старались не ломать кости добытого животного при разделке, максимально сохраняя их, и всегда запрещали собакам грызть их. Существовало поверье, что «если кости целы, мясо нарастет», то есть зверь каким-то немыслимым образом восстановится и снова придет к человеку, чтобы тот его убил и съел.

Collapse )

Зачем русские разламывали каравай над головой именинника



Многие современные люди путают понятия «День рождения» и «именины». Считают, что это синонимы, тождественные названия одного и того же явления. На самом деле, День рождения празднуют в дату, когда человека физически произвела на свет мама. Именины же — праздник святого, в честь которого новорожденного нарекли в момент крещения в церкви.

Исключение касается только монахов. Они принимают имя святого во время пострига. В этот момент инок как будто заново рождается на свет для новой, духовной жизни.
У царских особ России именины назывались «тезоименитством» (Толковый словарь Ожегова). Сейчас этим словом называют именины патриархов церкви.

Главное в праздновании именин
До XX века День рождения считался более мирским, не очень важным праздником. Совсем иначе дело обстояло с именинами, которые еще называли «Днем ангела». Принимая при крещении имя святого, человек получал в его лице защитника и духовного заступника перед Ликом Божьим. По этой причине празднование именин было исключительно важно.

Торжество это по традиции начиналось не с подарков имениннику, а с церковной службы. Поскольку имя при крещении выбирали по церковному календарю Месяцеслову, то и именины человека обычно совпадали с днем памяти его небесного защитника.

С самого утра именинник, его родители и другие родственники, пожелавшие принять участие в торжестве, отправлялись в храм. Там они молились, ставили свечи. Именинник обязательно должен был причаститься. Если в этот день в церкви проводилась служба в честь означенного святого, семья должна была отстоять ее. Также за здравие именинника заказывали молебен.

Особое угощение
После завершения церковной службы семья отправлялась домой. Нужно было пригласить гостей на вечернее торжество. Для этого накануне пекли большие караваи, пироги и булочки с изюмом. Всю эту выпечку после церковной службы разносили по домам крестных отца-матери, а также дедушки-бабушки и другой родни. Этот жест был символическим приглашением на именины. Его сопровождали словами «Именинник велел кланяться пирогами и звал хлеба откушать».
На именинный стол ставили кувшины со свежесваренным квасом, разные кушанья и большой именинный каравай со сладкой начинкой. Позднее это лакомство превратилось в праздничный торт, утыканный свечками по числу лет «новорожденного».
Collapse )

Зачем на Руси младенцу вкладывали в рот серебряную ложку



Славяне считали рождение нового человека величайшим таинством, приоткрывающим символическую дверь между мирами. Являясь из небытия в этот мир, малыш несет на себе зашифрованные знаки предначертанного. Пытаясь их «прочитать», наши далекие предки придумали целую систему примет, якобы позволявших предугадать счастливое будущее человека.

Рожденный в рубашке
Эта примета является одной из самых популярных. Она пережила тысячелетия и знакома многим современным людям. По верованиям древних славян, ребенок, появившийся из чрева матери в плодном пузыре — «рубашке», — защищен от злых сил. Удача будет сопутствовать всем его начинаниям.

При этом малыш не обязательно должен целиком находиться в плодном пузыре. Достаточно и того, чтобы какая-то часть околоплодных оболочек покрывала головку или тельце новорожденного. Древние славяне настолько верили в эту примету, что о везунчике так и говорили: «Он родился в рубашке».

Роды в полнолуние
Очень хорошей приметой считалось рождение в ночь полной луны. Согласно древнейшим языческим традициям, ночная спутница Земли озаряла своим серебристым светом ребенка и дарила ему удачу, счастье и долгую радостную жизнь. Долгожителем обещал стать и малыш, появившийся на свет в первых числах календарного месяца.

Будущее по погоде
В случае если младенец рождался не ночью, а днем, его будущее предсказывали по погоде. Рождение в ясный солнечный денек предвещало долгую и беззаботную жизнь. Пасмурное небо, дождь и холод не сулили ничего хорошего. Славяне верили, что непогода в момент появления человека на свет — предвестие тяжелой судьбы, полной тягот и слез.

Вперед ножками
Счастливой приметой считалось и появление младенца из материнской утробы вперед ножками. Славяне считали, что такое чадо будет очень сильным и удачливым, сможет везде себе проложить путь. Также у него предполагали наличие дара целителя, но проверить это могли только в более взрослом возрасте.

На кого похож
Как только кроха делал первые вдохи, его выкладывали на овечий тулуп — «на богатую и счастливую жизнь», обмывали, пеленали и пытались рассмотреть сходство с одним из родителей. Это было очень важно. Считалось, что счастливыми могут быть только девочка, похожая на отца, и мальчик, похожий на маму.

Серебряная ложка во рту
Ни одна мать не могла так повлиять на процесс родов, чтобы ее долгожданное чадо появилось в полнолуние или погожий денек, пошло ножками вперед или было похоже на родителя противоположного пола. А ведь счастья хочется для каждого!

Если обстоятельства складывались не очень благополучно, повитуха и новоиспеченные родители пытались задобрить судьбу. Для этого производились всевозможные ритуалы, которые должны были привести малыша к удаче и счастью в жизни. Особенно популярным было вкладывание младенцу в ротик серебряной ложечки.

Collapse )